С. Радхакришнан и двайта-веданта (1)

С. Радхакришнан — общественный и государственный деятель, автор работ, посвященных индийской философии. Его книги повлияли на умы многих поколений, как индийцев, так и жителей других стран. В 2012 г. изд-во Dvaita Vedanta Studies and Research Foundation, Bangalore выпустило в свет сборник критических эссе, посвященных веданте («Critical Essays on Vedānta and Veda»). Автором эссе является проф. К. Т. Пандуранги, последователь Мадхвы и руководитель вышеназванного издательства и исследовательского центра.

 

В первом эссе сборника проф. К. Т. Пандуранги знакомит читателя с представлениями С. Радхакришнана о двайта-веданте. Работа будет интересна в первую очередь тем, для кого С. Радхакришнан является непогрешимым авторитетом индийской философской мысли.

Двайта-веданта: критический обзор С. Радхакришнана

Говоря о теории знания в двайта-веданте, С. Радхакришнан упоминает три источника знания — восприятие, умозаключение и свидетельство священного слова («scriptural testimony», Radhakrishnan, Indian Philosophy, Vol. 2, p. 739, или агамаприм. пер.). Третьим источником духовного знания является веда, в составе самхит, брахман и упанишад, а не только упанишады.

С. Радхакришнан подчеркивает, что двайта отличается от других школ своим отношением частям вед, которые принято называть карма-кандой. В двайте карма-канда принимается не только как источник знания об обрядах, но и как источник духовного знания.

Можно добавить, что и сами упанишады двайта не разделяет на категории «таттваведака» и «ататтваведака», то есть на речения, содержащие истинно верное знание, и речения, содержащие некое относительное знание, которое в последствии можно отвергнуть. Такое разграничение проводится в адвайте, дабы разрешить конфликт между абхеда- и бхеда-шрути (абхеда-шрути говорят о единстве сущего и Парабрахмана, а бхеда-шрути — о различии сущего и Парабрахмана — прим. пер.).

В двайте же абхеда-шрути истолковываются должным образом и их конфликт c бхеда-шрути разрешается путем принятия различия (бхеда) как истинного содержания в том числе и абхеда-шрути. Далее С. Радхакришнан упоминает шесть основных принципов интерпретации абхеда-шрути.

В работе упоминается принятие Мадхвой внутренне ощущаемой достоверности знания, в противоположность всем другим теориям, рассматривающим знание лишь как внешнюю сторону понимания вещей.

Примечание переводчика. По мнению С. Радхакришнана (см. Indian Philosophy, Vol. 2, p. 740), понимание сути вещей с помощью каких бы то ни было средств является прямым свидетельством существования понимаемой вещи. Средства, с помощью которых достигается понимание вещей, находятся за пределами этого понимания. Имеется ввиду, что понимание достигается внешними инструментами, не имеющими никакого отношения к пониманию или не содержащиеся в самом понимании как процессе. Под пониманием, по всей видимости, подразумевается улавливание сути какой-то вещи или явления. Связь между познающим и познаваемым прямая, непосредственная. Восприятие, умозаключение и шастры называются праманами просто потому, что они исполняют функцию инструментов, поставляющих знание или генерирующих знание. Иначе говоря, мы узнаем о чем-то, когда приобретаем знание об этом с помощью внешних инструментов. Само понимание какого-то факта, который мы установили, является достоверным и подразумевает существование этого факта, даже если он существует лишь на момент его понимания. Если мы отвергаем какой-то факт как недостоверный, то это происходит потому, что мы признали какой-то другой факт достоверным. Восход и заход солнца очевидные явления до тех пор, пока мы не узнаем, что солнце в принципе не садится и не восходит.

Мадхва настаивает на том, что «каждый случай иллюзии подразумевает две сущности, истинный реальный объект и то, как этот объект видим мы. Заявление о нереальности мира означает, что существует и нечто реальное, что мы ошибочно принимаем за нечто иное. Но это не значит, что ничего реального вообще не существует». C. Радхакришнан добавляет, что Мадхва не признает иллюзорности мира.

Далее освещается положение двайты о том, что знание не может быть без познающего и объекта познания. Различия между объектами реальны. C. Радхакришнан комментирует эту мысль – если бы мы не признавали различий между объектами, мы не могли бы провозглашать и различия между идеями.

C. Радхакришнан кратко излагает классификацию всего сущего в двайте, т. е. деление на независимое и зависимое (сватантра/самозависимое и паратантра/зависимое, прим. пер.), позитивное и негативное (бхава и абхаваприм. пер.), четана и ачетана и т. д.

Описывая представление о боге в двайте, C. Радхакришнан отмечает: «Независимая реальность — это Брахман, абсолютный творец вселенной. Мы можем познать его природу, изучая веды. Таким образом, его природу нельзя назвать неопределяемой. Когда о всевышнем говорят как о том, чью природу невозможно определить или охватить разумом, то это лишь означает, что обрести полное знание о нем очень трудно или невозможно. Бог находится за пределами нашего восприятия. Его образ, который созерцают силой воображения в медитации, не есть Брахман. Мадхва не симпатизирует взглядам о том, что разные части писаний затрагивают разные формы Брахмана. Несмотря на то, что Брахман и его качества неотличны друг от друга, о них можно говорить, используя разные термины. Знаменитое высказывание „Брахман один и нет второго“ (ekam eva advitīyaṃ brahma) означает, что Брахмана никто не может превзойти в его достоинствах, ему нет равных. Качества бога полны по своей природе и его не ограничивают. Брахман обладает всеми видами совершенства. Он отождествляется с Вишну. Говорится, что он — абсолютный властитель и управитель мира. Он трансцендентен к миру и имманентен, поскольку является внутренним управителем всех душ. Бог правит душами и материей, хотя и не создает их из ничего и не низводит их в ничто. Он – действенная, но не материальная причина вселенной. Деятельность бога – результат его изливающегося совершенства. Только потому, что бог учитывает карму живых существ, нельзя сказать, что бог зависит от кармы, ибо как говорит Мадхва, само существование кармы и всего остального зависит от бога».

Приведенные C. Радхакришнаном положения двайты относительно концепции бога дают нам достаточно материала, чтобы уловить разницу между концепцией Брахмана в адвайте и бога в других системах мысли.

Говоря о природе индивидуальных душ с точки зрения двайты, C. Радхакришнан отмечает: «Отличие Брахмана и джив [душ] реально. Будучи полностью зависимыми от Брахмана, дживы являются активными деятелями и несут ответственность за свои действия. Считается, что джива размером с атом. Она пронизывает тело благодаря своему качеству разума. Джива по своей природе блаженна, хотя и подвержена страданию в силу своего соприкосновения с материальным телом из-за предыдущих деяний. Такие качества как блаженство проявляются в момент освобождения. Двух одинаковых джив не существует. Каждая джива имеет свое достоинство и свое место на шкале существования.

Души делятся на три класса:
1) вечно свободная (нитья-мукта, это Лакшми)
2) освобожденные из сансары (мукты, дэвы, риши, питри и др.)
3) находящиеся в путах сансары (баддхи).

В последнюю категорию входят и те, кто пригоден к освобождению (мукти-йогья), и те, кто не пригоден. Непригодные для освобождения либо уходят в ад, либо вынуждены вращаться в сансаре вечно. Деление на три класса основано на трех гунах. Саттвика-души уходят на небеса, раджаса-души вечно вращаются в сансаре, тамаса-души падают в ад. В основе такой классификации лежат различия душ. В небесной иерархии Брахма и Ваю занимают главенствующее положение. Ваю является посредником между Богом и душами. Он помогает душам обрести спасительное знание и достичь освобождения». Так Радхакришнан подводит итог основным аспектам концепции дживы в двайте.

«Материальные объекты происходят от первичной материи, пракрити, и со временем в нее же возвращаются. Бог ваяет формы из пракрити, материальной причины мира, в которой сам существует в различных формах. Между непроявленной пракрити и хорошо развитыми формами существует двадцать четыре промежуточных производных творения (махат, ахамкара и т.д.)».

«Авидья – это форма пракрити. Она может быть двух видов: дживаччхадика, затмевающая духовные силы дживы, и парамаччхадика, скрывающая образ Всевышнего перед внутренним оком дживы. Дживаччхадика и парамаччхадика – две позитивные формы авидьи (бхава-рупа — прим. пер.), сотворенные из пракрити».

«Мадхва отвергает любые попытки свести мир джив и природы к чистой иллюзии или эманации Бога. Душа зависит от Бога. Даже Лакшми, супруга Вишну, зависит от него. Она господствует над пракрити, материальной причиной мира».

«Мадхва говорит, слова «тат твам аси» (то есть ты) не провозглашают тождества Бога и души. Они лишь говорят о подобии качеств души и Бога. Иногда Мадхва читает эти слова иначе: sa а̄tmа̄ atattvaṃ asi (स आत्मा अतत्त्वं असि – тот атман не есть ты). Чтобы дать верное объяснение речениям шастр, отождествляющим индивидуума и Вселенскую самость, он обращается к этимологии слов «атман» и «Брахман».

«Превосходство Бога поддерживает порядок и единство вселенной, несмотря на фундаментальные различия между Богом и вселенной. С помощью категории „вишеша“, отделяющей качество от сущности, „один“ и „многие“ вступают в связь. Количество вишеш, или особенностей, характерных признаков, неограничено, вишеша присутствует в вечных и преходящих сущностях, в позитивных и негативных».

«Добропорядочная жизнь – необходимое условие освобождения. Исполнять свои обязанности и следовать моральным устоям нужно, не желая каких-либо плодов взамен. Благочестивая жизнь помогает нам распознать истину. За каждым человеком, способным к пониманию, Мадхва признает право изучать веданту. Он рекомендует медитацию, или как можно более частое и интенсивное погружение в славу Бога. Во время медитации по божьей милости душа может достичь прямого интуитивного осознания Бога (апарокшаджняна)».

«Освобождение согласно двайте – это восстановление чистого духовного существования (сварупена вьявастхити) после оставления преходящих форм (аньятхарупам). Это дружеский союз с Богом, а не отождествление себя с Ним».

«В состоянии освобождения больше нет переживания боли, есть только позитивное наслаждение. Однако возвыситься до равенства с Богом ни одна душа не способна».

Представленный выше обзор С. Радхакришнана раскрывает основные положения двайта-
веданты относительно концепций знания, Бога, душ и материи. Автор также в двух словах обсудил вопросы этики, религии и конечной цели духовного пути, т.е. мокши.

Теперь разберем критику С. Радхакришнана в адрес двайта-веданты. Он делает следующие наблюдения:

1) Факт знания ведет нас к органичной картине мира, но никак не обосновывает разделения мира на Бога, души и объекты, состоящие в определенной связи друг с другом.

2) Если Бог Творец и если начало процесса сотворения – это результат желания Бога, то мы можем сказать, что желание Бога является причиной возникновения мира. Сложность такого объяснения мироздания заключается в том, что всякий, имеющий желания, несовершенен и ограничен, ибо испытывает в чем-то нужду. С учетом этой мысли Бога нельзя рассматривать как высшее совершенство.

3) Природа зависимости мира от Бога освещена не достаточно ясно и полно.

4) Если Брахман совечен миру, то каковы отношения между ними? Если эти отношения также совечны, то привязан ли Всевышний к объектам, отличным от Него? Мы не можем утверждать, что природа Всевышнего в том, чтобы быть связанным с индивидуальными душами, потому что у Него нет никакой нужды в них.

5) Если души и материя зависят от Брахмана, то их нельзя рассматривать как субстанции. Термин «субстанция» может применяться лишь к так называемой res completa, вещи завершенной или совершенной в себе, определяемой собой и объясняемой полностью собой. Мадхва говорит, что этим качеством обладает только высший дух.

6) Теория избранности таит в себе великую опасность для этической стороны жизни. Принцип предрешенности ущемляет и другие доктрины в теологии Мадхвы. Моральный облик Бога компрометируется, такие качества как божественная справедливость и божественная любовь лишаются всякого смысла и ценности. Любое усилие индивидуума теряет свое значение, ибо как только человек начинает верить либо в свою избранность, либо в свою неизбранность, он впадает в безразличие и апатию.

В связи с этими критическими замечаниями необходимо прояснить позицию двайта-веданты, устранить недопонимания и превратные толкования.

1) На свое первое замечание Радхакришнан сам же отвечает в разделе «Бог и мир». Он говорит, что «превосходство Бога поддерживает порядок и единство вселенной, несмотря на фундаментальные различия между Богом и вселенной». Души и природа, завися от Бога в своей самобытности (сварупа), бытии (сатта) и деятельности/функционировании (правритти), также привносят порядок и единство во вселенную и могут рассматриваться как органичная концепция мира, если в такой концепции вообще есть нужда.

2) Второе замечание касается мироздания как проявления желания божественной самости. А тот, у кого есть желания, не может быть совершенным.

Это замечание является кратким изложением пурвапакши одного из разделов «Брахма-сутр». И на него дали ответ все три бхашьякары (Шанкара, Рамануджа, Мадхва — прим. пер.). Важнейший вопрос здесь в том, необходимо ли желание для достижения своей цели и начала всякой деятельности или же служение целям других также может побуждать к деятельности. Даже в среде людей, животных, птиц мы нередко наблюдаем самоотверженные поступки.

Творение Бога предназначено для того, чтобы дать возможность душам идти своим путем и в конечном итоге осознать свою истинную природу. Эта цель не подразумевает наличия у Бога нужды в чем-то и не указывает на Его несовершенство. Следует различать два типа деятельности: 1) деятельность, исходящую от существа как проявление самой его природы, и 2) деятельность, которая совершается с какой-то целью, ради какого-то результата.

Божественное творение является деятельностью первого типа, в нем не содержится никакого желания или нужды как таковых, а следовательно нет и ничего несовершенного в Боге.

Более того, с этой проблемой сталкиваются все теистические системы мысли. Ее решение зависит от природы и уровня совершенства, которое каждый из теистов может себе представить. Как бы то ни было, проблема эта не является неразрешимой. Сами примечания С. Радхакришнана в разделе «Бог» озвучивают решение этого вопроса с позиции двайты: деятельность Бога – это результат Его неиссякаемого совершенства.

3) Третье замечание – это критика неполноты и неясности в объяснении зависимости мира от Брахмана. Но здесь все достаточно просто. Если мы говорим, что А зависит от Б, то мы подразумеваем, что природа, бытие и функционирование А поддерживается Б. Мадхва четко сказал, что души и материя зависят от Бога в своей природе, существовании и функционировании (сварупа, сатта, правритти). Именно в этом и выражается зависимость душ и материи от Бога.

Примечание переводчика. Более подробно зависимость мироздания и душ от Бога объясняется в «Татвасанкхьяне» и «Татвавивеке» — работах Мадхвы. Существуют разного рода зависимости. Некоторые применимы ко всем сущностям, некоторые только к душам, а некоторые только к косной материи.

4) В своем четвертом замечании С. Радхакришнан вопрошает о связи мира и Брахмана, учитывая их совечность. Если оба совечны и их связь друг с другом совечна, то должна быть какая-то причина, присутствующая во Всевышнем, которая обеспечивала бы такие взаимоотношения.

Эта проблема не является проблемой двайты. В санкхье, например, пракрити и пуруша тоже совечны и каким-то образом взаимосвязаны. В адвайте Брахман и авидья совечны и каким-то образом взаимосвязаны. Эти примеры помогают понять совечность и взаимосвязь Бога, душ и материи. Природа этой взаимосвязи естественно отличается в каждой системе мысли в зависимости от онтологического статуса, приписываемого участникам этих отношений. В случае двайты это бимба-пратибимба-связь. Душа – отражение (пратибимба) Бога. Даже материя – отражение Бога по категории бытия, существования (сатта).

5) Следующее замечание связано с вопросом, можно ли в двайте называть души и материю субстанциями. Радхакришнан говорит, что в двайта-веданте только Бог считается такой субстанцией. Это определение субстанции соответствует концепции «пурна» в двайте и действительно только Бог является сверхполным (пурна). А в значении «субстанция» обычно употребляется термин «дравья». Термин «дравья» применим к душам и материи. Нередко значения терминов в санскрите и в западной философии не совпадают. Поэтому всегда нужно давать четкие определения, что подразумевается под тем или иным термином и в каком значении он используется. Даже в индийской философии под словом «гуна», например, в ньяя-вайшешике и санкхье подразумеваются разные вещи. Более того, зависимость от трансцендентной сущности вовсе не умаляет самодостаточности или определенной самостоятельности объекта, позволяющей категоризировать этот объект как субстанцию.

6) Теория разделения на саттвика-, раджаса- и тамаса-джив и пригодности лишь саттвиков к освобождению, принятые в двайте, возмущает многих мыслителей. Они считают эту теорию крайне неэтичной, так как она приводит к равнодушию, демотивации и отказу от усилий, целью которых является духовный рост. Очевидно, Радхакришнан согласен с этими мыслителями и высказался в том же ключе. В принципе не важно, основывается ли градация душ на слове шастр или же возникла по каким-то другим соображениям. Можно также не углубляться в самую суть шастр, процитированных Мадхвой в поддержку градации душ, да и проверять эти шастры на авторитетность нет необходимости. Даже если градацию душ вывести на основании любого другого источника, вопрос, насколько она этична, можно рассмотреть и так. Держа это в сознании, разберем два замечания Радхакришнана по этому поводу. В первом он говорит, что моральный облик Господа скомпрометирован и такие качества как божественная справедливость и божественная любовь теряют свой смысл. Во втором замечании он заявляет, что усилия индивидуума тоже лишаются всякого смысла, так как вера в свою избранность или неизбранность повергает в апатию и безразличие.

Обратимся сначала ко второму замечанию. Радхакришнан развивает свою мысль: «Если мы не знаем, для чего мы предназначены, мы должны работать для очищения себя. Незнание по крайней мере дает надежду». Эти мысли Радхакришнана дают ключ к решению проблемы. Джива, саттвика ли, раджаса или тамаса, пребывая в сансаре, не осведомлена о своей истинной самости. Он не знает, для чего она предназначена. Не зная ничего о своей самости, не зная, является ли она избранной или неизбранной, у нее остается надежда. Если она не ощущает надежды, значит с ней что-то не в порядке. И речь не о Боге, который подшучивает над человеком, вселяя в него тягу к небесам. Поэтому, когда речь идет об усилиях с целью духовного восхождения, то эти усилия прилагаются тем, кем индивидуум на самом деле является, а не тем, кем он себя мнит. С другой стороны, вера в то, что каждый несет в себе божественное начало, ведет к куда большему безразличию и апатии, ибо человек уверен, что божественное в нем рано или поздно проявится само. Проявление божественного может задержаться до тех пор, пока джива не почувствует усталость от этого мира или пока не произойдет какая-то трагедия. Посему духовный искатель ищет, не зная, является ли он избранным, а неищущий не будет искать, даже если ему сказать, что он избранный.

Что касается скомпрометированной морали, избирающей одних и отвергающей других, то это опять же проблема всех теистов, независимо от того, принимают они градацию душ или нет. Даже не признавая такой градации душ, мы видим, что одни счастливы в своей мирской жизни, а другие нет. Селективность божественной справедливости и божественной любви в индийской философии объясняется с позиции кармы. Возникает вопрос, почему эти кармы, исполнением которых также управляет Бог, инициируются Богом в разных душах совершенно по-разному, и почему разные философы по-разному интерпретируют эту бесспорную, очевидную градацию в мире, если уж они отказываются от градации самостей (свабхава). У Мадхвы достаточно смелости признать и заявить, что причина лежит в самой природе душ. На следующий вопрос, может ли Бог изменить природу души и сделать все души хорошими, Мадхва отвечает, что Бог может, но не делает этого. Ответ на этот вопрос всегда будет одинаковым, отвечай мы на него мягко и осторожно или же четко и прямо.

Божественная справедливость и божественная любовь в нашем мире не распределяются одинаково. Нет смысла тешить себя надеждой, что после смерти или освобождения все получат по справедливости. Наоборот, нужно кардинально изменить свой подход к вопросу божественной справедливости и любви. И Мадхва показывает нам путь. Подлинный искатель, верящий в бесконечную любовь Бога, не станет даже задаваться таким вопросом, как бы там диалектики ни возмущались.

Эти уточнения и разъяснения приведены для того, чтобы читатель мог объективно оценить критику Радхакришнана, владея более полной информацией о двайта-веданте.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *